Коллекция «Romantic»  - Шарлотта Ульрих

— А ты еще кого-нибудь помнишь, кроме меня?

— Не особо! — Гера ответил «особо» подчеркнуто равнодушно. — Громова помню… Еще нескольких.

— Громова и я помню! — невольно усмехнулась, во время отрядного фотографирования, Громов «случайно» оказался рядом со мной и Герой, и изображал, что меня не видит.

Гера молчал, не поддерживая разговор. И вдруг на мгновение показалось, что я видела Геру в ШОДе не только один раз. Парень, сидевший сзади, он был в синей джинсовке. И мой сосед, кто сидел со мной на физике, кто на осенней сессии не обращал на меня внимания, а я специально, на зло, к нему садилась.

— Ты носил синюю джинсовку тогда?

— Угу, — Гера отвечал очень неохотно.

— И цвет такой темный, да? Не просто синий, а темно-синий… — я покрутилась по сторонам, чтобы найти пример.

— Угу.

— А ты, случайно. Со мной на физике… не сидел?

Нет! Тут же ответила себе, поняв, что сморозила ерунду. Гера не мог быть моим соседом, и не мог со мной сидеть на физике. Тот был маленький, невзрачный, какой-то второсортный. На Геру точно не походил.

— Сидел.

???

Да ладно!!! От удивления я выпалила первое, что пришло в голову:

— Так, значит, это ты был тем мальчиком, который сидел со мной и изображал, что сидит один?

Гера напрягся и зло произнес:

— Что, я базарить с тобой должен? — и отвернулся к окну, показывая, что разговор закончен.

Почему базарить? Не поняла я. И снова стало неприятно.

— А это не он был у директора? — спросила мама, прервав мои воспоминания.

— У какого директора?

— Когда мы в первый день пришли в ШОД, сразу отправились к директору, чтобы найти тебя в списках. Там были не только мы, но еще и мальчик с какой-то девочкой. Мальчик как-то обращал на себя внимание, такой активный, деловой…

Я начала припоминать. Действительно, в кабинете тогда села на диван ожидать своей очереди, парня особо не разглядывала, но в память врезалось, как он бойко что-то выяснял у директора. И еще то, что я ему понравилась, хотя в чем-то конкретном обвинить его не могла. Но тогда я быстро выкинула это из головы, решив, что он — первая ласточка моих будущих побед. Он не был высок, плюс худоват и темноволос. Да и одет слишком просто.

— Это он и был! — подтвердила маме.

Какого черта! Получается, что Гера — тот, кого я ПЕРВЫМ увидела в ШОДе? Первым?

— Он как-то обращал на себя внимание! — смеялась мама. — Еще с ним девочка была, но невзрачная. Он явно выделывался не перед ней.

— Теперь понятно, почему сосед обрадовался, когда села к нему на физике. Я сделала это потому, что нужна была первая парта, у соседа тогда заметила улыбку, слишком радостную и связанную со мной, но решила, что показалось. Я не узнала! А затем садилась к нему снова и снова почти на каждом уроке и при любом удобном случае! Нормально! Но джинсовка, ухо и шея — это всё, по чему его определяла! А потом в поезде мне даже в голову не пришло, что этот высокий парень, который на меня так странно смотрит, оказывается, мой сосед. Я еще добивалась, чтобы он в ШОДе посмотрел на меня! В тетрадь заглядывала, на месте крутилась. Но он не смотрел! Решила, что его ничего не берет! Вот это НЕ БЕРЁТ!!

— А на зимней сессии, ты говорила, соседа не было?

— Я поискала пару раз глазами, заметила похожего, но он не проявил ко мне интереса, и я подумала, это не сосед, а если и сосед, то уже не важно. На зимней сессии я была в таком состоянии, что серьезно боялась выпасть из времени, перепутать кабинеты, оказаться не в той группе и даже не заметить этого. Ходила следом за кем-то, кто был на каждом занятии… Стоп!!!! На зимней сессии я использовала Геру в качестве семафора! Я по нему определяла свою группу!!! И даже не помнила этого! Точно! Я искала его по темно-синему цвету! Он не был для меня человеком, искала только ТЕМНО-СИНИЙ цвет. Значит, смотрела на него! А он видел! И что-то там себе думал! И еще стоял со мной у окна, когда чуть не плакала… И на вокзале, когда поехали в лагерь… Господи! Я не могла отвести взгляд от парня с багажом! А это тоже был он!!! По непонятной причине голова сама поворачивалась. В какой-то момент даже смотрела на него безотрывно, потому что считала, он не может обращать на меня внимание. В школе Гера казался маленьким, а на вокзале парень был взрослым, лет восемнадцать или девятнадцать. А я еще радовалась этому! Вот, смотрю на парня и не стесняюсь, потому что мы как два параллельных мира, никогда не соприкоснемся и слава богу… Что за странные мысли, и почему я его не узнавала? А потом на вокзале он еще прошел мимо меня по странной траектории. И опять же, это был другой человек, уже мой ровесник. Почему я всегда воспринимала его как разных людей? В поезде чей-то навязчивый взгляд в спину. Я не знала о его существовании, но чувствовала. Когда останавливалась в проходе, аж спину жгло.

В связи с этим открытием я перелистала все дневники за десятый класс, надеясь найти хоть какие-то следы Геры. О Гере была единственная запись.

«Никто мне не нужен! — писала я, когда обиделась на Сашу. — Нет, нужен! Хочу того парня, с которым сидела на физике!»

И что? Среди всех этих мечтаний и размышлений о Саше. Вот именно эту случайную фразу нужно было исполнить???

Но, самое интересное, 25 июня, то есть чуть больше месяца до поездки в лагерь, я записала сон. Я редко фиксировала сны о людях, которых не знала в жизни, но этот был настолько ярким: